- Эго-смерти! Дайте нам эго-смерти! - скандируют в серую высь Прекрасные создания. Смерть эго в их понимании блаженна, сладка и заполняет каждый пустующий, заброшенный уголок их внутренних лабиринтов, сделанных из ухоженных живых изгородей из стеблей-дендритов и аксонов.
Прекрасные создания уникальны в своем стремлении быть одинаковыми, не будучи едиными. Их кожа отполирована до блеска мраморных колонн, к которым никогда не прикасалась рука паломника. Красота, существующая самостоятельно и эгоцентрично, без любви и уважения к самой себе.
Их тела изящно порхают в такт музыке, которую они слышат у себя в голове, заявляя своё безраздельное право на владение ею, радуясь возможности подчеркнуть исключительность своей изоляции, желая удержать в себе то единственное, что имеет смысл удерживать, присваивать, отбирать, держать в темноте меж сомкнутых тёплых ладоней. Свои руки они используют, как тюрьмы.
Ощущая некое неясное глубокое несоответствие - своей природе? механизмам мира? двойному дну желаний? - они, Прекрасные, выбирают самый очевидный и простой способ избежать дискомфорта, вызывающего столь тревожные переживания, которые заставляет их танцевать ещё быстрее, пока движения их ног не превращаются в мерцающее в сумраках пятно.
Они останавливают свою речь. Речь преображает их, делает слишком настоящими и тяжеловесными. Язык уже предал их один раз, давным-давно, но они продолжают его оплакивать и осмеивать. В конечном счёте, это единственное, с чем они хорошо справляются.
"Молчи и будь первозданно красив. Молчи, и будь захватывающим моментом за стеклом в жидком кристалле. Молчи и делай неповторимое, делай то, что хотят увидеть другие, танцуй дальше, живи на поверхности, продолжай, крутись вокруг своей оси, продолжай, продолжай, начни заново "
/>>
А вот тут - беглокорявые записки с полей. Как можно было догадаться, проза моя довольно прозрачно передаёт то, что левое полушарие у меня протезировано всяким красивеньким и блестящим. Иными словами, образы вместо сути, образы, образы, как содержание. Дайте мне плантоновскую пещеру, и вместо того, чтобы ртом объяснить присуствующим, что пора валить отсюда, я буду разрисовывать разрисовывать стены газелями и фаллосами. Потому что мой словарный запас вытеснило желание быстробесплатнобезсмс выразить увиденное, не отягощая себя чувством вины за то, что я не придерживаюсь изящества и состоятельности в слоге. Не скажу, что я тут сижу в обнимку с грейпфрутами в ванной и с минуты на минуту ожидаю письменной лицензии на то, чтобы стать гонзо-сказкоплётом и забавно материться на вопросы о пределах вселенной и всего такого, но не то, чтобы меня может что-то остановить. Раньше меня останавливал мой вкус. Раньше, ну вы поняли.
Скажу ещё так: если вы меня читаете всё ещё и даже не по диагонали (но даже если и по диагонали - не переживайте, поддерживать бессловестную связь я люблю, а просто мёртвые души я ценю и коллекционирую из чувства кокетства и дружелюбия) и вам тут что-то взгрустнулось от того, как здесь всё обмазано внутренним диалогом и тем, что принято называть "пафосом" - покиньте судно, спасайте саквояжи, ибо дальше будет только хуже.
А рисунки живут-поживают на ДА да на тумбе среди информационного шума, если кому-то вдруг любопытно было. Увы, текст с веселыми картинками собственного производства у меня пока что никак не женится.